У моря, на краю.

Посвящается как и всегда.

"..вы ещё не слышали,

Бог умер.."

Фридрих Вильгельм Ницше

("Так говорил Заратустра")

Далеко, но не очень, у моря - глубокого, спокойного, но очень чистого живёт в своём домике старик. Точно не известно сколько этому старику лет - очень много. Он не высокого роста, с длинным седыми волосами и густой , также как и волосы - пепельной бородой. Его хижина представляет собой одноэтажное строение, больше похожее на дачный домик, состоящий из двух комнат – спальня, гостиная, небольшой кухоньки, тёмного чулана и чердака. Так как Старик слаб здоровьем , он почти не выходит на улицу, так как его дом находится на обрыве, у самого моря , и там почти постоянно гуляют ветра – он боится помешать им свободно резвиться на своих просторах, так как они могут в отместку нагнать холода и дожди, старик был слаб здоровьем – очень много лет.
Вечерами он сидит у камина в своём старом кресле, укрывшись по пояс потёртым, клетчатым, повидавшем время пледом и читает книгу, всю жизнь одну и туже книгу, она никогда не заканчивается. Старик много курит, от этого у него случаются приступы кашля и он почти не чувствует вкуса свежих фруктов и крепкого кофе. Он сидит в своём кресле, читает, затем засыпает. Утром он встаёт очень рано, ещё до восхода солнца, пьёт кофе, выкуривает сигарету, идёт к окну и встречает солнце, которое тянет за собой рассвет – он не выходит на улицу, так как боится помешать ветрам – очень много лет. Он стоит у окна весь день, курит сигареты – одна за одной –и смотрит, как солнце ветер и море играются друг с другом как дети - они очень сильно дружат, всегда вместе - всё вместе, нежатся, играются, злятся – всегда вместе. Старик их любит, ему нравится наблюдать за ними. Вечером, он вновь разжигает камин, устраивается в своё кресло, накрывается пледом, находит закладку в книге, открывает её и читает – пока не уснёт…
В тёмном чулане пахнет сыростью –старик давно туда уже не заглядывал – очень много лет. Чулан почти пуст, в нём стоит, опёршись о стену старый, местами ржавый велосипед, разбросана старая обувь, висит на вешалке зимнее пальто, и ещё там живут пауки – плетут свои паутины и живут – уже очень много лет. На чердак, также как и в чулан, давно никто не заглядывал. По всему чердаку были развешены полки, на которых слоями были сложены книги – очень много книг. Старик никогда не читал эти книги, ни одну из них, никогда, так как не мог дочитать свою единственную за всю жизнь книгу – уже очень много лет.
Как-то утром старик проснулся, сварил кофе, налил в кружку, положил туда три ложки сахара, размешал, закурил сигарету, выпил кофе , выкурил ещё сигарету, открыл дверь и вышел на улицу. Он шёл по мягкой зелёной траве, спустился к морю. Прошагав весь день по влажному песку старик видел: , как взошло солнце, вмести с ним появились ветра, заиграло волнами море, они играли с птицами, с редкими облаками; старик разговаривал с ними, говорил, как он рад их видеть, говорил, что каждый день следит за ними из окна, что он любуется и восхищается им, их лёгкостью, грациозностью и непринуждённости. После они вместе играли – ветер подбрасывал волны, а те щекотали старика, он смеялся как ребёнок, солнце нежно и не больно пощипывало его и нагревая песок подгоняло старика ближе к морю и ветру...
Наступал вечер, старик попрощался с новыми друзьями и пошёл домой. Он был счастлив, он давно не был счастлив – очень много лет. Старик пришёл домой, разжёг камин, устроился в кресле, укрыл ноги своим клетчатым пледом, закурил сигарету, открыл книгу и начал её читать, пока не уснул.

Настало утро, как обычно , солнце, ветер и море проснулись одновременно, они с нетерпением ждали своего нового друга, но друг не приходил, он этим утром не проснулся, и никогда уже не проснётся, никогда. Никогда не дочитает он свою книгу, которая никогда не заканчивается. Ни кто не помнит или не знает, что это за старик и как его имя. Да и я, честно сказать, точно не помню его имени, но вроде как, его звали Бог.
Он был очень старый, ему было очень много лет – очень много.